From а book of changes (Oleg Chukhontsev)

1.

So now it’s an unexpected change
that we Chinese have lived to see.
And well may we laugh now
lamenting: who and where are we?

The mandarins cook long-grain rice
beyond the great crenellated wall,
only who is spying on whom
the Long alone knows, not the Highest at all,

and not the Long one even, but the Middle
and the more so, like an octopus, so sage
–and the more triumphant the more he is scared–
the official parrot, tutored by his cage.

Be that as it may, it’s really not that bad
in the Celestial Empire; perhaps the powder is dry no more,
well, hard lines, but we hope for a miracle
and what a golden gleam there is offshore.

Banks tower up in the capitals
plots are ripening, conspiracies too
but the province boils the tins
and seals up the seams of fruit stew

and the harder the patriot hordes
fall upon democrats in dispute
the redder are the tomatoes seen
and the closer the ranks of stewed fruit.

2.

to be a middle-ranking bureaucrat in a profitable post
in one of the eastern provinces during some fortunate years,
see to the liberal execution of the strict laws,
to the collection of taxes and the filling of a substantial treasury,
receive modest offerings from the grateful provincials
in kind: game, wine, or sesame-seed oil,
quote Confucius, head thrown back on the satin pilow
(only your swollen neck hurts a little)
upon hearing the cock-crow think about poetry,
about the good of the state, the ways Tao is better than Mao,
and, closing your eyes in the shade of the silver vine, take pleasure more actively
(until they wake you up and hang you)

1.

Вот и дожили мы, китайцы,
до нечаемой перемены.
И вольно же теперь смеяться,
причитаючи: кто мы? где мы?

За великой стеной зубчатой
варят длинный рис мандарины,
только кто кому соглядатай,
не Верховный знает, а Длинный,

и не Длинный даже, а Средний,
но зато с осьминожьей сметкой,
и чем пуганей, тем победней
штатный попка, учённый клеткой.

Но, однако, не так и худо
в Поднебесной: ну мокнет порох,
ну непруха, но чаем чуда,
и какой жёлтый блеск в оффшорах.

Громоздятся в столицах банки,
зреют заговоры, комплоты,
а провинция парит банки
и закатывает компоты,

и чем круче на демократов
лезут полчища патриотов,
тем краснее плоды томатов
и теснее ряды компотов.

2.

состоять чиновником средней руки на хлебной должности
в одной из восточных провинций в благополучные годы,
либерально следить за отправлением строгих законов,
за сбором налогов и пополненьем небедной казны,
брать небольшие подношения от благодарных обывателей
натурой: дичью, вином или кунжутным маслом,
цитировать Конфуция, откинув голову на атласную подушку
(только побаливает затекшая шея),
думать, слушая крик петуха, о поэзии,
о государственном благе, о преимуществах дао над мао
и, закрыв глаза в тени актинидии, наслаждаться активией
(пока, разбудив, не повесят).

Tags: , , ,

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s


%d bloggers like this: