Ursula, or The Triumph of Mathematics (Grigoriy Kruzhkov)

Church of St Ursula, Cologne

Now the princess Ursula is preparing
To reverence sacred places in the East
Here she rests from the journey in a forest glade
With her, eleven thousand maids at least.

Suddenly into this glade from the dusky wood
There comes a menacing Hun, ferocity made flesh.
He sees the young princess is sleeping in the glade
And with her so many maidens, each one enticingly fresh.

The king counts: one, two….four
Five, six, seven, eight, nine, ten…twelve, thirteen…
Getting beyond one hundred, unsteady in his figures
The curious Hun finds his mind growing less keen.

The further he counts, the longer the hitch lasts.
His gaze is sliding–he has no catch or mark to get,
The ladies are well-matched, every one a blonde
And amongst them there’s not one true brunette.

The king gazes indifferently at pale feet–
He’s counting; from now one, each and every maid
Embodying (or not) chastity is in sum
For him only a unit to count in the decade.

The day passes…the son of the steppe forgets it all,
Mumbling something to himself, he bends his fingers to count
He falls like a child on the grass and goes straightaway to sleep
And beside him, exhausted too from numbers, there sleeps his mount.

Day passes, and night. Together with the early bird,
Ursula’s gentle voice rings out as the day is unfurled
And eleven thousand charming creations,
Once awake, continue their way through the world.

There it is, the spirit of mathematics, that blows all over
Our consolation, our hope and our redoubt.
It stands as a barrier against evil, violence and sex
And jesting it finds Attila’s ferocity out.

Count to two and a serviceman in marching,
Say five, and a little hare comes out to make his way,
Forty thousand, and the arrogant impious Hamlet
Over an open grave makes his racket and goes astray.

Yes that’s splendid, Ursula! If you don’t become a saint,
You remain alive, and that’s also cool.
God endows one with, if not wisdom, then simplicity,
Or even beauty. Don’t be miserable, you fool!

Lately in your tavern beside the church
I ordered ‘Earthly Paradise’–you know, the local dish?
I wanted to be Adam, at least a little bit.
The plan misfired. But all turned out as one would wish.

Curiosity leads us on, like a dryad in the debris,
We yawn and we use a ballet ticket to cover it
And in museums we hang on until the final room
Having travelled distant lands on grown wiser not one bit.

There’s too much of everything–towns, tapestries,
Little flies on an embankment near the Rhine,
In brightly-lit windows the lifelike mannequins
Numberless crowds, gazing reverent at the shrine…

From where one evening, having paid the taxi off,
I gaze at Ursula’s windows like one gone round the bend
And I summon her with a whistle like a bandit would use.
Ill-mannered Hun! But she does not descend…

Григорий Кружков

Григорий Кружков

Урсула, или Торжество математики

Basilika St. Ursula, Kцln

Как сбирается ныне царевна Урсула
Поклониться святыням в пределах восточных.
Вот, в пути притомясь, на лужайке уснула,
С ней — одиннадцать тысяч подруг непорочных.

Вдруг на ту же поляну из темного леса
Грозный гунн выезжает, свирепейший в гуннах.
Видит: спит на лужайке младая принцесса,
С нею множество дев, соблазнительно юных.

Сколько их? Царь считает: одна, две… четыре,
Пять, шесть, семь, восемь, девять… двенадцать, тринадцать…
Перебравшись за сотню, нетвердый в цифири
Любознательный гунн начинает сбиваться.

Чем он дальше считает, тем дольше заминки,
Взгляд скользит — ни зацепки ему, ни заметки;
Дамы как на подбор — все сплошные блондинки,
Ни одной среди них полноценной брюнетки.

Царь глядит равнодушно на бледные ноги,
Он считает; отныне любая девица —
Непорочная или не очень — в итоге
Для него ровным счетом одна единица.

День идет… сын степей обо всем забывает,
Он персты загибает, бубня себе что-то,
И упав на траву, как дитя, засыпает.
Рядом спит его конь, утомившись от счета.

День проходит и ночь. Вместе с пташкою ранней
Нежный голос Урсулин звенит на рассвете,
И одиннадцать тысяч прелестных созданий,
Пробудясь, продолжают свой путь по планете.

Вот он — дух математики, веющий всюду,
Утешение наше, надежда и крепость;
Он преградой встает злу, насилью и блуду
И шутя побеждает Атиллы свирепость.

Сосчитаешь до двух — марширует служивый,
Скажешь пять — погулять себе зайчик выходит,
Сорок тысяч — и Гамлет, гордец нечестивый,
Над разверстой могилой шумит, колобродит…

Вот и славно, Урсула! Не станешь святою,
Так живою останешься — тоже неплохо.
Бог одарит не мудростью, так простотою,
А не то красотой. Не печалься, дуреха!

Я намедни в таверне твоей рядом с храмом
Заказал “рай земной” — знаешь, местное блюдо?1
Захотелось побыть хоть немного Адамом.
План сорвался. Но все обошлось — тоже чудо.

Любопытство нас водит, как леший по дебрям,
Мы билетом в балет прикрываем зевоту
И в музеях до зала последнего терпим,
В дальних странствиях не умудрясь ни на йоту.

Слишком много всего — городов, гобеленов,
Мелких мошек на набережной возле Рейна,
В ярких окнах — похожих на жизнь манекенов,
Толп несметных, глазеющих благоговейно…

Оттого ввечеру, расплатившись с таксистом,
Я гляжу, как безумный, на окна Урсулы
И ее вызываю разбойничьим свистом,
Грубый гунн! Но она не идет на посулы.

Tags: , ,

One Response to “Ursula, or The Triumph of Mathematics (Grigoriy Kruzhkov)”

  1. Best Poems of 2010 | Notes of an idealist Says:

    […] mathematics, for instance, appeared three times, in connection with Grigory Perel’man, St Ursula, and Lili Brik.  There was also an engagement with public affairs if for instance Geopolitics of […]

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s


%d bloggers like this: